Исцели мою душу

"Покажи этой сучке."

"Давай, вломи ей, Виола."

"Заткнись! Дай мне подумать, что делать с этой гребаной, отчаянной шлюхой. Я покажу тебе, как пялиться на Криса. Он мой, сука!"

Я больно ударилась коленями о мокрую землю, пока пыталась осознать, что со мной происходит. Вокруг раздавался угрожающий смех, мелькали размытые лица.

От сильного толчка я повалилась на землю и почувствовала, как тонна кирпичей врезалась мне в лицо.

Я попыталась подняться, но безуспешно. Я просто лежала там, пока холодные капли дождя словно слезы скатывались по моим щекам.

"Вот сука. Диана сказала, что она пыталась заговорить с ним!"

"Самонадеянная шлюха. Как будто Крис когда-нибудь захочет ее."

"Шшш. Кажется, кто-то идет. Давайте убираться отсюда."

Шаги и зловещий гогот стихли, пока я лежала, принимая свое поражение. Мои глаза были закрыты, и я тихо всхлипывала.

Спустя, казалось, несколько часов, я попыталась подняться, морщась от боли, отдававшейся почти в каждой части моего тела.

Часть меня желала, чтобы я умерла прямо там, на школьном дворе, но судьба приготовила для меня нечто большее. От мысли, что мне надо вернуться домой, у меня холодок пробежал по позвоночнику.

Дом должен был стать моим убежищем. Он должен был стать местом моего уединения, где я могла бы чувствовать себя защищенной.

Я бы предпочла терпеть издевательства в школе каждый день, чем столкнуться с тем, что ждало меня дома.

Дом – место, которое я называла адом - находился всего в нескольких минутах ходьбы, но я чувствовала себя так, словно несколько дней добиралась обратно.

Я замерла при виде высоких черно-золотых ворот, они насмехались надо мной, вызывая желание развернуться и убежать.

Наконец, дойдя до двух больших деревянных дверей, я гадала, каким будет мое наказание за поздний приход домой и, еще и в таком состоянии.

Я шагнула в просторный холл, стараясь ступать тихо, как мышь. Сердце упало в пятки, когда две руки схватили меня за плечи.

К моему облегчению, женщина, напугавшая меня, была нашей горничной Генриеттой. Я называла ее Хетти.

Хетти была для меня самым близким человеком, почти как мать. Она часто выхаживала меня после избиений. Проносила еду в мою комнату, когда меня морили голодом.

Хетти была единственной, кто жалел меня. Пускай, я мало что знала о любви, потому что никогда ее не испытывала, но я любила Хетти и была ей очень благодарна.

"Святая Дева Мария и сын ее Иисус," - закричала Хетти, ее панический взгляд сканировал мое покрытое синяками лицо. Она огляделась, чтобы убедиться, что никто не услышал ее, и потащила меня на кухню.

Тепло ее нежных прикосновений помогло унять мою дрожь, и я вздрогнула, когда она прижала к моему носу лед.

"Это опять были те противные девчонки из школы?" - спросила она, озабоченно глядя на меня своими добрыми глазами, и покачала головой в недоумении.

"Сколько раз я должна повторять тебе, чтобы ты просто убегала от них, Райна?"

Я улыбнулась ей, обдумывая вопрос: "От кого бежать, Хетти, от этих девушек или от моей так называемой семьи?"

Глаза Хетти расширились от моего ответа. Лед начал жалить, и я зашипела.

"Дитя, твоя жизнь несправедлива, - она приложила руку к моей щеке, - но таковы карты, которые тебе выпали. Ты должна принять их и изменить свою судьбу. В тебе есть сила твоей матери. Я вижу это."

Глаза Хетти метнулись к двери кухни, и она резко отпрянула. Я поняла, что мы больше не одни.

"Где, черт возьми, ты была, Райна?" Моя мачеха усмехалась, вздернув свой острый нос, ее светлые волосы были аккуратно убраны в идеально гладкий пучок.

"Ты пропустила ужин, и не смей думать, что служанка даст тебе что-нибудь поесть". Ее льдисто-голубые глаза метнулись к Хетти, посылая ей предупреждение. Моя мачеха даже не потрудилась поинтересоваться моим чертовым состоянием или спросить, все ли со мной в порядке. Почему меня это удивляет?

В наказание она отправила меня в мою комнату, но она не знала, что для меня это скорее счастье.

По внешнему виду моей мачехи я поняла, что она, должно быть, ждала гостей, что спасло меня от наказания. Слава Богу.

Я упала на кровать и издала долгий разочарованный вздох. Мое тело все еще болело от побоев. Я вспомнила, что предшествовало драке, и из-за чего школьный день закончился так ужасно.

Я даже не понимала, что пялилась на Кристофера. Должно быть, я погрузилась в свои мечты в библиотеке и не заметила, что смотрю прямо на него.

Не буду отрицать, что всегда была немного влюблена в Кристофера - каждая девушка падала в обморок от его мальчишеской внешности - но я бы никогда не осмелилась проявить свои чувства.

В школе я обычно держалась особняком, стараясь ни с кем не встречаться взглядом.

Моя сводная сестра Диана была самой популярной девочкой в школе и поносила меня перед всеми своими друзьями, которые потом превращали мою жизнь в ад.

Внезапный стук в дверь отвлек меня от размышлений, заставив вздрогнуть. Хетти вбежала в комнату, держа маленькую тарелку, спрятанную под большой салфеткой. Ее хрупкое тело направилось ко мне.

Мои губы растянулись в благодарной улыбке, когда Хетти поставила тарелку на мою кровать. Она коснулась моего лба своей теплой рукой. "Боже правый, дитя, ты вся горишь." Она сказала это тихим голосом, но чувствовалось как кричит в ней беспокойство за меня.

Она помогла мне переодеться из грязной одежды в свежую пижаму, а затем убрала салфетку с тарелки, обнажив остатки ужина.

Она смотрела, как я поглощаю вкусную еду, пытаясь скрыть жалость во взгляде. Хетти часто сидела вечерами у моей постели, рассказывая мне истории о моей матери, пока я не засыпала.

Моя мать происходила из очень богатой семьи. Ее отец был чрезвычайно успешным бизнесменом.

Я часто задумывалась, не была ли эта единственная причина, по которой отец женился на ней. В моей голове часто мелькал образ его алчного лица.

Мама была доброй и красивой. Она любила помогать людям и организовывала множество благотворительных мероприятий.

Хетти рассказывала мне, как, после свадьбы с моим отцом, она покупала маленькие детские платья и бережно хранила их.

Это была ее мечта - родить девочку. Тогда она еще не знала, что не доживет до исполнения своей мечты. Точнее, что умрет от руки своей мечты. Я убила ее.

Не прошло и трех недель после смерти моей матери, как мой отец женился на ее дальней кузине, моей тете, а теперь мачехе, Вивиан. У мачехи был сын от предыдущего брака, мой двоюродный брат Трой.

Через год после свадьбы с моим отцом она родила девочку Диану. Хетти не раз говорила мне, что после смерти моей матери все в этом доме изменилось к худшему. И что единственным лучиком света здесь была я.

Я даже не помню, как заснула. Хетти любила петь мне колыбельные; ее теплый голос успокаивал, погружая в мирный сон, но ненадолго. Кошмары не покидали меня.

Я убегала от темноты, а она заполняла пространство вокруг меня. Сквозь черный туман я видела призрачный силуэт лица моей матери, а потом оно превращалось в нечто зловещее.

Я распахивала глаза, но не могла ни двигаться, ни говорить. Отец часто бил меня из-за того, что я будила всех посреди ночи своими неистовыми криками.

"Идиотка, ты должна была умереть вместе со своей матерью." Когда он начинал ругаться, в его глазах была ярость, и он набрасывался на меня с кулаками. Но к этому я уже привыкла. Такова была моя жизнь.

Однажды днем я бродила по кухне в одиночестве. Только здесь и в своей комнате я чувствовала себя в безопасности. Я достала из холодильника бутылку воды, а когда закрыла дверцу чуть не поперхнулась от неожиданности.

Прямо передо мной стоял Трой в черном одеянии, его пытливый взгляд изучал мое лицо. Он стоял близко. Слишком близко.

"Трой! Ты напугал меня." Мой голос дрожал и звучал неуверенно. Что-то в этом парне всегда тревожило меня.

Я часто замечала, как он смотрит на мою грудь или спину, но никогда не придавала значения что скрывается за его глубоким, хищным взглядом.

В последние время Трой возмужал: его тело приобрело рельеф, а свои светлые, длинные волосы он всегда зачесывал назад, как у супермена. Его голубые глаза были полны тайны. Я никогда не могла угадать, о чем он думает.

"Это всего лишь я, Райна," - прошептал он, и от его голоса у меня по позвоночнику пробежал холодок.

Я попыталась ответить непринужденно, но он сократил пространство между нами и начал нюхать мои волосы. У меня перехватило дыхание, а глаза расширились. Какого черта!?

Мой крик получился сдавленным и приглушенным, потому что его большая рука вовремя закрыла мне рот.

"Шшш. Не стоит делать этого," - шипел он. Я попыталась отпрянуть и ударилась спиной о дверцу холодильника. "Не делай вид, что я тебе безразличен. Я знаю, как ты смотришь на меня, Райна. Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе."

Мои широко распахнутые глаза изучали его лицо. Это должно было быть шуткой, дикой шуткой, но, похоже, он был серьезен. Трой облизал губы, наблюдая, как я дрожу. Я молчала, страх и шок сковали меня.

Я смотрела, как он выхватил бутылку с водой из моей руки и прижал ее к груди, его жуткие глаза следили за тем, как моя грудь реагирует на холод.

Я зажмурила глаза, мои слезы скатились на его руку.

Трой прижался ко мне так, что я почувствовала его эрекцию. Мне могло бы стать плохо прямо здесь, но я замерла, как дикий зверь, перед светом фар, несущейся на него машины.

Открыв глаза, я увидела, как его губы дернулись в зловещей, коварной ухмылке, которую я никогда не смогу выкинуть из головы.

После того дня Трой приходил ко мне в кошмарах. Я знала, что в какой-то момент Трой Уилсон придет за мной. И ничто уже никогда не будет прежним.