Гостья Альфы
Автор
Michelle Torlot
Прочтений
6,1M
Глав
29
Джорджи жила в маленьком шахтерском городке. Ее жизнь была тихой и мирной, но все изменилось, когда родители умерли прямо у нее на глазах. В тот момент она поняла, насколько жестоким может быть этот мир. Когда ей кажется, что хуже быть не может, восемнадцатилетняя девушка натыкается на территорию закрытой стаи оборотней, которые, по слухам, владеют шахтами. Их альфа не слишком рад ее видеть… но только поначалу.
Возрастное ограничение: 18+
Хоуп Спрингс
ДЖОРДЖИ
Я медленно поднялась с земли и зашипела от боли, пронзившей мое тело.
"Если я еще раз увижу тебя здесь, Джорджи Маккензи, ты так легко не отделаешься", — прокричал мужчина, ухмыльнувшись.
Он харкнул на землю рядом со мной. Затем он захлопнул дверь, скрывающую за собой то, что для меня было филиалом ада на земле.
Я задыхалась отчасти от ярости, отчасти от обиды. Мои ноздри раздувались, пока я старалась взять дыхание под контроль.
"Ты гребаный ублюдок!" — закричала я.
Дверная ручка зашевелилась — я поняла, что он услышал меня. Я бросилась прочь, убегая так быстро, как только могла. Вряд ли мое тело выдержало бы еще одно избиение.
Я шла хромая по пустынной дороге, моя тонкая рубашка промокла и была покрыта грязью. Я дрожала, пытаясь заглушить все свои чувства. О, у меня будет много синяков, очень много синяков!
А ведь я всего лишь рылась в мусорных баках за шахтерским домом, чтобы найти хоть какую-то еду. К несчастью, меня остановила охрана. Это был всего лишь мусор, но это был их мусор.
Меня и раньше ловили, но никогда не избивали так жестоко, как сейчас. Я приподняла рубашку, чтобы осмотреть себя.
На животе и ребрах уже начали появляться синяки. Наверное, моя спина была примерно в таком же состоянии.
Я пошла обратно к заброшенному зданию на окраине города, где мы с мамой недавно осели.
Мы нашли этот дом пару дней назад после того, как нас выгнали с предыдущего места. Здесь было довольно пусто и мрачно.
Старая поломанная мебель, ободранные стены и запах плесени — все, что осталось от прежних жильцов, которые либо съехали, либо умерли.
В тот день я оставила маму отдыхать на старом матрасе. Ранее я заложила наши последние ценные вещи, чтобы купить для нее лекарства.
Не то чтобы они помогли ей вылечиться, но ей хотя бы стало легче. Когда денег совсем не осталось, я надеялась найти в мусорке какую-нибудь еду.
Но все, что я нашла, — это ублюдок Мэддокс с его бейсбольной битой.
Дойдя до дома, я отодвинула в сторону старую панель из гофрированного железа. Она была установлена, чтобы предотвратить проникновение в дом сквоттеров.
Как вы уже могли понять, она не очень хорошо справлялась со своей задачей.
Войдя в дом, я направилась в дальнюю комнату. Она была самой сухой. Я притащила туда старый матрас, чтобы мама могла на нем лежать. В любом случае, это было лучше, чем холодный пол.
Зайдя, я поняла, что что-то не так. Было слишком тихо. Потом я увидела маму, она неподвижно лежала, ее пустой взгляд был обращен на потолок.
С моих губ сорвался всхлип, а по щекам потекли слезы.
Я знала, что ей оставалось недолго, но все же не была к этому готова. Я осторожно провела рукой по ее глазам, закрывая их. Я надеялась, что теперь она спокойна.
Я быстро вытерла слезы, смешавшиеся с грязью на моем лице. Хотя они волновали меня меньше всего.
У меня не осталось ни денег, ни еды, ни одежды, кроме тех оборванных тряпок, в которых я стояла сейчас. Здесь для меня ничего не осталось.
Я вышла из дома, не имея ни малейшего представления о том, что буду делать. Я просто понимала, что нужно бежать отсюда как можно дальше.
Мне хотелось бы быть там, где люди заботятся друг о друге больше, чем о собственной выгоде. Но о таком месте я могла только мечтать.
Я закатила глаза, проходя мимо вывески с надписью "Добро пожаловать в Хоуп Спрингс". Скорее там должно было быть написано “Добро пожаловать в Безнадежную Дыру”!
Хоуп Спрингс появился на месте угольной шахты. До этого тут было очень мало людей, а рабочей силы куда меньше.
Владельцы шахты решили, что нужно возвести здесь небольшой городок, так они могли обеспечить людей новым домом и рабочим местом, а себя — выгодой от производства. И, стоило сказать, их ожидания оправдались.
Но все было не так радужно, как могло показаться.
Никто никогда не видел владельцев земли и шахт. Управлением занималась команда менеджеров. А те, должно быть, просто довольствовались прибылью.
Я часто задавалась вопросом, понимают ли они, что эта прибыль стоила жизни рабочих и их семей?
Конечно, они все это понимали. Все знали, кто были хозяевами…
Те же, кто и владел всеми крупными предприятиями в округе, — оборотни. О них ходило множество легенд. Но, на самом деле, не совсем они являлись хозяевами.
И они не бегали по лесам, как о них было принято думать. Они были скрытны и очень умны. Поэтому оборотни предпочитали занимать место молчаливых партнеров в делах всех этих предприятий, и к тому же получали часть прибыли.
Это позволяло им жить в роскоши вдали от посторонних глаз. Люди для них были лишь ресурсом. При чем одноразовым. Им было плевать на то, сколько из них умирало, всегда находился кто-то на замену.
Шахтерам платили крайне мало. После того, как они отдавали деньги за аренду дома, им едва хватало на то, чтобы кормить семью.
Любая жалоба — и тебя выбрасывали на улицу. Не было работы — не было дома. А в это время оборотни только богатели.
Если рабочий заболевал, то его вместе с семьей просто выселяли, а на их место приходили другие люди.
В Хоуп Спрингс не было ничего бесплатного, а поскольку у шахтеров практически отсутствовали свободные деньги, то для большинства из них был просто перекрыт доступ к медицине и образованию.
Бесплатная школа предоставлялась детям до тринадцати лет. После этого за обучение нужно было платить. Если у человека не было образования, то единственная работа, на которую он мог претендовать, была работа на шахте.
Когда мой отец заболел, мама начала там работать, чтобы мы могли платить за аренду.
Я тоже пыталась туда устроиться сразу после смерти папы, когда мне было четырнадцать, но у меня не получилось — они не разрешали детям работать на шахте.
Через год заболела мама. У нас не осталось денег, мы не могли платить за дом, и нас выселили.
Этот год мы ютились, где только могли. Мы постоянно закладывали свои вещи, чтобы покупать еду и лекарства. Последние несколько недель я попрошайничала и рылась в мусорках, чтобы выжить.
Я засунула руки в карманы в попытках согреться; мои ноги промокли из-за дыр в обуви, я страшно озябла. Наверное, мне стоило найти место, где я могла бы остаться на время. Снова начинался дождь.
Но мне было все равно.
Я просто опустила голову и шла вперед.
Мысли крутились в голове как вихрь, и я не заметила, что сошла с дороги в лес. Я наткнулась на ветку, которая заставила меня посмотреть вверх. По моей щеке стекала капля крови. Но я не обратила на это внимания.
Нахмурившись, я вгляделась в темноту. Фонарь! Посреди леса? Может быть, там охотничий домик? Если так, то это отличный шанс найти еду или пустой сарай, где можно переночевать.
Пройдя вперед, я заметила знак с надписью "Частная собственность, вход воспрещен!". Я проигнорировала его. Подойдя ближе, я поняла, что это не маленькая хижина, а целый особняк с несколькими небольшими постройками вокруг.
Конечно, теперь пазл сошелся. Знак "Вход воспрещен!", огромный особняк. И все это посреди леса. Именно здесь жили эти чертовы ублюдки-оборотни.
Мне стоило бы опасаться этого места. Но я даже не переживала. Может быть, несколько лет назад я бы и поплакала из-за своей тяжелой жизни, но не сейчас. У меня больше не осталось слез.
Если эти ублюдки действительно были сказочно богаты, как о них говорили, то наверняка они выбрасывали кучу еды.
Я подкралась к задней части дома. Найдя пару мусорных баков, я начала в них рыться.
Не смотря на свой дерьмовый день, я была так счастлива найденному куску хлеба. Он был немного черствый, но все еще съедобный. Быстро затолкав его в рот, я стала рыться дальше.
Я была так сосредоточена на поисках еды, что не услышала шаги позади себя.
Меня схватили за рубашку и подняли как дикого котенка.
"Кто это тут у нас? А, маленький воришка!!" — прорычал он.
"Отвали от меня, грязный ублюдок!" — ответила я.
После чего я закричала, мое тело все еще болело от биты Мэддокса.
"Заткнись, ворюга! — снова прорычал он, — Я едва дотронулся до тебя!"
Он понес меня прочь от дома к другому зданию.
Я хныкала; сначала я пыталась бороться, но это было бесполезно. Мое тело слишком сильно болело. В конце концов, я просто сдалась. Он был огромным и крепким, вряд ли бы я пережила еще одно избиение.
Мужчина отнес меня в какое-то помещение. Когда мои глаза привыкли к полумраку, я поняла, что это был какой-то изолятор.
Каждая секция была разделена решетками, он открыл одну из них и впихнул меня туда.
Я всхлипнула, приземлившись на бетонный пол.
"Альфа разберется с тобой утром!" — прорычал он.
Я бросилась к выходу, но он захлопнул решетку. Ухватившись за прутья, я попыталась расшатать их. Бессмысленное занятие.
"Пошел к черту ты и твой альфа!" — закричала я.
Я не получила никакого ответа. Оглядевшись вокруг, я поняла, что не одна здесь.
Затем я услышала голос из соседней камеры.
"Заткнись нахрен, ничтожный человечишка. Я пытаюсь заснуть!"
Похоже, это была какая-то тюрьма для оборотней. Я увидела кровать в конце камеры. По крайней мере, сегодня я буду спать не на сырой земле. Там даже было одеяло.
"Отвали!" — прорычала я, направляясь к кровати.
Я свернулась на ней калачиком, укутавшись в покрывало. Она была настолько большой, что я в ней будто утопала. Неудивительно, ведь эта кровать была рассчитана на оборотня, а не на крошечного человека.
Я была не очень большой даже по человеческим меркам. Моя семья не могла позволить себе много еды, поэтому я ела очень скромно и только тогда, когды была действительно голодна. Это, вероятно, замедлило мой рост.
Я дрожала. Я была мокрой, голодной, мне было жутко холодно. Черствого хлеба было недостаточно, чтобы заполнить мой желудок. Но все же это лучше, чем ничего.
Я закрыла глаза; недоедание и физическое истощение взяли свое — я окончательно погрузилась в сон.
